Фредди не против Джейсона: японская оккупация и гнев Хана в корейской драме «Помнить»

В российский прокат выходит остросюжетная корейская драма «Помнить», где 80-летний мужчина мстит тем, кто сгубил его семью. О том, как связаны американский общепит, японская оккупация, хорроры и хорошая память, размышляет Алексей Филиппов.

Фредди не против Джейсона: японская оккупация и гнев Хана в корейской драме «Помнить»

Хан Пхиль Чу (Ли Сон Мин) и Пак Ин Гю (Нам Джу Хёк) вместе работают во «Фрайдис» — перешучиваются, носят заказы, отзываются на прозвища «Фредди» и «Джейсон» (в честь легенд хоррора). Один — бойкий 80-летний старик, который после сна не всегда понимает, где очутился. Другой — веселый, но тихий юноша, теряющийся в конфликтных ситуациях. Друг о друге они знают не больше, чем о монстрах из «Кошмара на улице Вязов» и «Пятницы 13»: Джейсон и представить не мог, что Фредди, страдающий болезнью Альцгеймера, возьмет на прокат ярко-красный Porsche, выкопает где-то револьвер времен Квантунской армии и отправится по душу тех, чьи имена вытатуированы у него на пальцах.

Праведный гнев Хана направлен на коллаборантов времен японской оккупации, которые избежали ответственности и по-прежнему занимают высокие посты. Сюжет слишком легко воспринять как реваншистский — особенно на фоне сохраняющегося напряжения между Кореей и Японией, — и все же это история внутренних разборок, где важную роль играет разница поколений. У «Фредди» — травма свидетеля, большая семейная трагедия и ожесточающий опыт вьетнамской кампании, пройти свозь которые помогал лишь хладнокровный план мести. У «Джейсона» — любовь к онлайн-шутерам и баснословные долги за лечение отца, пострадавшего на производстве. Вновь представитель японской же фирмы не хочет платить компенсацию, но за товарища вступаются другие работяги, да и сохраняется надежда на закон.

Фредди не против Джейсона: японская оккупация и гнев Хана в корейской драме «Помнить»

Пак Ин Гю в незавидных обстоятельствах, но не чувствует себя отверженным. В том числе благодаря Хану Пхиль Чу, который за тихой улыбкой и хитрым взглядом скрывает многолетнюю боль, пережившую и счастливый брак, и провалы в памяти. Ее-то он и хочет вернуть обидчикам, вербовавшим корейских юношей в японскую армию, а их ровесниц — в «батальоны утешения» (говоря проще — в секс-рабство). Впрочем, речь не об исторической справедливости (специальная комиссия в 2010-м составила пятитомное дело на тех, кто эксплуатировал земляков, и их потомках), но о личном отмщении: при иных обстоятельствах Хан мог оказаться на месте своих жертв. Неслучайно режиссер Ли Иль Хён вкладывает в уста пожилых функционеров самооправдательные лозунги: «Корею освободили «Толстяк» и «Малыш»», а прошлое не должно препятствовать будущему. И какими бы убедительными ни были эти мантры в вакууме, для «Фредди» с его диагнозом будущего и так не существует. И большой вопрос — а было ли оно вообще?

Несмотря на неподъемный груз исторической травмы, «Помнить» довольно резво движется на протяжении всего двухчасового хронометража. Погони, репризы и хитровыдуманные планы по устранению военных преступников чередуются с драматическими откровениями, эмоциональными флешбэками и минутами раздумья. Поломать голову действительно есть над чем. Например, так ли отличаются корпорации от империй? Вроде того же американского «Фрайдис», вербующего местных работников под короткими позывными из хоррор-брендов (во время оккупации корейцев заставляли менять имена на японские). Или что остается от человека, если отнять у него имя, память и цель? Вероятно — его поступки. Не масштабные деяния, а краткосрочные прикосновения к ближним, которые и будут помнить — кем ты был на самом деле.

«Помнить» в прокате с 8 декабря.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.